Правда, немного смущало то, что ему недоставало умения стряпать, а поскольку он все время подслушивал под самой дверью погреба, пончики часто пригорали, и уже на второй вечер герр Браун предупредил его, что, если пончики не станут лучше, он подыщет себе другую кухарку. Но Пюклера все это мало трогало, потому что он добыл для суперинтенданта всю необходимую информацию. А с каким наслаждением он писал свой донос! Пюклер записал весь диалог слово в слово, выпустив только длительные паузы да бульканье внутри кувшинов. В доносе говорилось следующее:

«К Делу о Тайных Сходках в погребе герра Брауна на ... штрассе, 27. В ходе расследования осведомителю удалось услышать следующий диалог:

Мюллер. Если будет так лить еще с месяц, в этом году винограда уродится куда больше, чем в прошлом.

Неопознанный голос. Угу.

Шмидт. Говорят, на той неделе почтальон чуть не сломал ногу. Поскользнулся на лестнице.

Дёбель. Пора бы и за пончики.

Неопознанный голос. Угу.

Мюллер. Кликни-ка эту корову.

(Осведомитель затребован и вносит поднос с пончиками.)

Браун. Осторожно. Не обожгись.

Шмидт. А вот этот начисто сгорел.

Дёбель. Как дерево.

Кестнер. Лучше ее выгнать, пока не наделала дел.

Браун. Ей заплачено за неделю вперед. Подождем.

Мюллер. Днем было четырнадцать градусов.

Дёбель. Городские часы спешат.

Шмидт. А помните собаку бургомистра, ту, что с черными пятнами на спине?

Неопознанный голос. Угу.

Кестнер. А что?

Шмидт. Забыл, что хотел сказать.

Мюллер. Когда я был мальчишкой, пироги со сливами были такие, каких теперь не сыщешь.

Дёбель. Это было летом восемьдесят седьмого.

Неопознанный голос. Что было?

Мюллер. В тот год, когда умер бургомистр Кальнитц.



8 из 13